Предлагаю для разнообразия, в эту тему выкладывать мини-рассказы. Ведь хочется иногда отдохнуть от "глобальных затей".

Начинаю на пробу:


Симбиоз

- Приближаемся. Ты готов? - обратился Старший к Крольсу.
- Да, ком, - ответил тот.
- Справишься? Может, заменить?
- Всё будет хорошо.
Старший дал команду. Манипулятор извлёк чип с Крольсу из своей ячейки и плавно переместил его в остроконечную капсулу катапульты. Тем временем ком продолжил:
- Мы столько периодов искали подходящую планету. И вот она, под нами. Если бы у меня сейчас было тело, я бы расплакался от счастья. За себя, и за всех наших братьев, столько времени томящихся в бестелесной упаковке. И ты - наша единственная надежда. Ты всё должен сделать, как надо.
- Да.
Крольсу сам волновался не меньше Старшего, но и понимал всю ответственность задания. И он не боялся, нет. Скорее, даже как-то азартно ждал посадки. А сложного ничего и не было. Надо всего лишь нацелить катапульту на аборигена, первым нашедшего корабль-матку, и скомандовать «Пуск!» Главное - не промахнуться. В противном случае все братья погибнут. Ресурс корабля не безграничен...
- Сложно в этом бескрайнем космосе найти разумную жизнь. Но мы всё-таки обнаружили её! И наш разум аборигенам не помешает. Так же, как и нам - их тела.
Старший замолчал и продолжил управление кораблём. В центр обнаруженного селения садиться не стоило, есть риск обнаружиться раньше времени. Окраина будет в самый раз.
Потратив последнюю энергию на торможение, корабль-матка плавно произвёл посадку. Открылся шлюз и выдвинулась катапульта с капсулой Крольсу. Ждать пришлось недолго. Сканеры судна зафиксировали приближение одиночного аборигена. Наклонив голову, тот уставился на корабль.
«Спокойно, - скомандовал себе Крольсу. - Так, ниже глаз. Ниже головы. Пуск!» Энергия сжатых газов привела катарульту в действие. Абориген, почувствовавший опасность, дёрнулся в сторону. Но острая капсула, пробив его кожу, ворвалась в тело. Издав громкий, протяжный вопль, несчастный рухнул на траву.
Капсула разломилась на несколько фрагментов и тут же начала растворяться, анестезируя и дезинфицируя рану. Освободившийся чип двинулся и, оказавшись у ближайшего нервного окончания, вонзил в него лапки-сенсоры.
Теперь, когда абориген очнётся и его сознание полностью будет подчинено Крольсу, а он, используя свои конечности, извлечёт из корабля-матки все ячейки с братьями и поскорее удалится отсюда. После чего корабль через некоторое время самоуничтожится.
Затем Крольсу будет аккуратно чипировать зазевавшихся аборигенов, предоставляя своим братьям тела, ради которых они и бороздили этот бесконечный космос. Для Старшего будет подобрано достойное тело. Скорее всего, сам правитель этой планеты. Уж Крольсу с братьями обязательно постараются!
Придя в сознание, абориген, шатаясь, поднялся. «Здравствуй, дружок! - поприветствовал его Крольсу. - Поздравляю с перезагрузкой!» Но ему не ответили. Ни мысленно, ни в слух. «Понимаю, тебе это непривычно, но мы с тобой теперь одно целое». Тишина. Крольсу прошиб холодный пот. Вернее, его новое тело. Волнение передалось и его первому хозяину. Снова издав протяжный вопль, абориген изо всех сил бросился к поселению.
«Стой! Назад! К кораблю, к кораблю! - в панике начал командовать Крольсу. - Ну что это за примитив такой!» Но абориген на большой скорости нёсся прочь от судна.
Чуть позже корабль-матку обнаружила местная ребятня. После неудавшихся попыток что-либо от него отломить детишки закатили его в костёр, благо, что размером он был с небольшую кадушку.
Вскоре корабль начал подпрыгивать и издавать резкий свист из перегретых систем. Как только перепуганные дети разбежались, судно взорвалось, разбрасывая обломки и превращая в пар сотни миллионов душ-паразитов, так и не дождавшихся своих новых тел.
А по селу бегал пёс, сильно нервничая от звучавшего в голове чужого голоса. Он то садился, то вскакивал, то начинал вилять хвостом и крутил головой в разные стороны, пытаясь увидеть говорившего.
- Да, Шарик. Похоже, ты взбесился. Придётся тебя пристрелить, - констатировал Виктор Николаич, хозяин бедной животины. - Хотя... слюна вроде не капает. Да и шерсть нормальная. Попробую-ка я тебя от глистов обработать!

Скуратов Константин

Тамада:
«Главное для меня сейчас – не вспомнить, чему в консерватории учили. Тогда не побьют…»

Константин, спасибо за доставленное удовольствие!

Всё из жизни.

PICTURE
История из жизни. Рыбацкие будни.

Я внимательно следил за поплавком, и всплеск воды у самых ног едва услышал.
Безмятежно опустив взгляд, я обомлел – такого не может быть! Огромная пасть раскрылась, примерно метр в диаметре.
Неудержимо приспичило до ветру, и желание тут же исполнилось, если бы я не решил сделать это дома. И немедленно.
Отшатнувшись назад, я взмахнул правой ногой, но в нее резво вцепился сом.
Я дернулся – сапог остался в пасти рыбины, а освобожденная портянка затрепетала белым флагом. В горле застрял крик, закупоренный выпитым самогоном.
Бессознательно подобрав бутылку пива (только начатую), я ловко рванул в кусты.
Сом прыгнул следом.
Не сбавляя хода, я нырнул в посадку. Слышу – сом следом мчится, не отстает.
Тогда я противотанковым маневром пошел, зигзагом.
Оглянувшись, метнул назад гранату, и попал! Жаль, что не взорвалась, жаль бутылку едва початую…
Еще раз посмотрел – слетевшая портянка в пасти монстра белеет, сом дышит хрипло – отстает, зверюга!
Ага! Это тебе не собачек с берега хватать!
Открылось второе дыхание.
А вот и околица!
Так что оторвался.
Сбил со следа.
Ушел.
Фу-уу…

Геолог

Заставили поволноваться!

Поделюсь и своим очерком про то, что делать, если интернет еще не изобрели.

Демон

Вызов демона сразу пошел не по плану: Амфис начал заикаться, читая заклинание, а черый кот, наблюдавший за колдовским ритуалом, вдруг спрыгнул со шкафа и принялся кататься по полу, играя со своим хвостом. Разумеется, не нашел для игры места лучше, чем у искусно нарисованной пентаграммы и защитного круга. Когда Амфис увидел, какую прореху оставил хвост кота на начертанной мелком окружности, то стал заикаться еще сильнее. Вмиг задрожавшей рукой указал собрату Вергилию на неожиданную оказию. Тот неторопливо отложил манускрипт, но, увидев причину беспокойства, кинулся к кругу, словно горный козел через расщелину. Успел нацарапать стертый участок в самый последний момент. Матерясь и брызжа слюной, с силой пнул ошалевшего кота.
- Сказал же – нечего этого шерстяного террориста сюда тащить.
Амфис на замечание не отреагировал, вновь и вновь повторяя последнюю часть древнего текста.
В центре пентаграммы вспыхнуло пламя, а через мгновение в ее пределах проступили очертания крупного рогатого создания. По подвалу прокатилась волна жара и отвратительного серного запаха. Кот прижал уши и смотрел на это безобразие с явным любопытством.
Наконец, ужасное существо предстало перед колдунами во всей своей потусторонней красе: более двух метров роста, могучие когтистые лапы и выступающая нижняя челюсть, полная смертоносных клыков. Существо оглядело вызвавших его людей и округлило налитые кровью глаза.
- Опять вы?! – прогремел над сводами подвала свирепый голос. Амфис в ответ лишь виновато пожал плечами, мол, да, виноваты, но куда ж деваться.
- Я говорил вам прошлый раз, чтоб вызывали духов! – ужасный демон сжал кулаки, а пламя за его спиной вспыхнуло с удвоенной силой. Так и потолок подкоптить можно.
- Духи, – скривился Амфис. – Да от них же ничего не добьешься. Вызывал дух алхимика, а он ни в какую – лишь завывает, и все. Тут нужен кто-то посговорчивее.
- Посговорчивее?! – демон затрясся от такой наглости. – У меня свои дела есть!
- Да тут дел-то на пару секунд.
- Вызывайте других демонов, забудьте это заклинание!
- Так не знаем других, - встрял в разговор Вергилий.
- Я уж подскажу, - недобро прищурился потусторонний гость.
- Это после, - махнул рукой Амфис. - Для начала просто ответь, какую кость надо добавить в отвар левитации? Столько добра зазря перевели. И черепа, и ребра, и берцовые кости кидали – все бестолку.
- А чтоб вас! Из-за этой дребедени меня вытащили? У вас глаз нет или мозгов? В каждом втором трактате найти можно. Не буду отвечать, отправляйте назад.
- Библиотеку уже закрыли, а нам срочно надо.
- Отправляйте назад, ироды! – бесновался демон. Амфис и Вергилий молча смотрели на него – не в первой эта истерика.
- До чего ж вы тупы! – закатил глаза монстр. - Крылышко, обычное куриное крыло бросьте!
Колдуны радостно переглянулись, словно вспомнили то, что давно знали. Амфис хлопнул себя по лбу:
- Ну, конечно же, все так просто! Изыди, друг!
Демон пытался выкрикнуть что-то про новое заклинание, но пламя тут же поглотило его, и он исчез в клубах едкого дыма.
Вергилий с тряпкой склонился над пентаграммой, а его коллега вдруг почесал затылок:
- Погоди, а корень добавлять лопуха или папоротника?
- Тьфу ты, и я забыл! – нахмурился Вергилий. – Давай сюда мелок.

Стефан Брег

Демон

Ждал подвох про кота, а тут, всего-лишь склероз.

Что вы всё юморите. А вот вам трогательная фэнтезийная история.


С АннМари Циркач познакомился в местном трактире. Он только что приехал в этот городишко и решил пока не светиться как комедиант. Целый месяц он провёл в замке одного богатея, развлекая того всем, чем умел. То пел баллады, то фокусы показывал, а когда хозяин перебирал лишку, то метал ножи в приглашённых дам. Вот визгу было… Циркач был счастлив, что ему удалось покинуть замок без ущерба для здоровья и даже с пополневшим кошельком, он уже и не надеялся на такой исход. Поэтому он решил как следует оттянуться, прежде чем снова взяться за своё ремесло.
Девица была смазливой, а Циркачу срочно требовалась тёплая женская компания. Во избежание неприятностей, в замке богача он целый месяц корчил из себя недотрогу, хотя заманчивые предложения поступали постоянно. Но кто его знает, как отреагировал бы хозяин замка на интрижку с одной из его гостий? Самым приятным было ещё и то, что девица показывала Циркачу явные признаки повышенного внимания и особенного расположения. Циркач знал, что не урод, но относился к своей внешности трезво, использовал её с выгодой в своей деятельности, но складывать поклонниц штабелями ему как-то не приходилось до сих пор. Только потом он догадался, что всему причиной явились костюм с плеча богача, подаренный Циркачу ещё в начале его путешествия, и та щедрость, с которой он налегал на выпивку – выбирая самые дорогие напитки.
Долго ли коротко ли, но в итоге Циркач получил очень и очень заманчивое предложение от АннМари – та пригласила его на свидание в уединённое место. Правда, Циркача слегка удивило, что такая красотка живёт столь далеко от города и в одиночестве, но то ли алкоголь, то ли предвкушение интимного свидания затуманили ему мозги, и, обычно очень осторожный, он ничего не заподозрил. И именно поэтому, как обычный осёл (ни в коем случае данное оскорбление не относилось к его большому другу Иа, славному представителю племени истинных осликов!), он вляпался в засаду.
АннМари встретила его на окраине городишки и повела по неширокой тропинке вглубь леса. Перед тем, как нырнуть в чащу, она тревожно оглянулась, но даже это не насторожило Циркача, воистину долгое воздержание лишает мужчину мозгов! На пороге домика, уже открывая дверь, АннМари вдруг порывисто прижалась к Циркачу и поцеловала его. Так, обнявшись, они и ввалились в домик. Циркач уже предвкушал продолжение столь пикантно начавшейся встречи, как АннМари внезапно оттолкнула его от себя и отскочила. Ещё затуманенным взором Циркач оглянулся вокруг и обнаружил себя стоящим внутри небольшой комнатки в окружении трёх громил. Вот это ФОКУС-ПОКУС! Если б не его тяжёлая жизнь комедианта, приучившая его к неожиданностям и частенько сталкивавшая его с грабителями, неизвестно чем бы это всё кончилось. Отрезвление пришло быстро, но на лице Циркача отразилась не внутренняя собранность, а огромный испуг. Уж что-что, а лицедействовать он умел. Пока он разыгрывал для зрителей сценку «лох, застигнутый врасплох», на самом деле он цепким взглядом оценивал обстановку. Так, один громила загораживает дверь, там не проскочить, двое, ухмыляясь, стоят в глубине комнаты, в руках у них ножи, девица с неприятным выражением на лице и совершенно пустым взглядом (куда только делись обожание и вожделение с её личика!) уселась за стоящий у стены стол. Слава богам! Окно ввиду жаркого сезона открыто и никто не загораживает Циркачу путь до него, но хорошо бы встать немножко поближе…
Не подумайте, что Циркач был трусом, он был разумным человеком, очень хладнокровным и как истинный полководец прекрасно знал, когда надо биться насмерть, а когда надо отступить. Ни девица, ни деньги в кошельке не стоили того, чтобы затевать неравный бой с тремя громилами, каждый из которых был сильнее Циркача. Ну и что он получит в итоге, если завяжет драку? Боевые искусства боевыми искусствами, но грубая сила и тесное пространство не дадут ему особо блеснуть в навыках столь редко используемых. Пара сломанных рёбер, синяки на лице (это у артиста-то!), может сломанные конечности… и как скоро он после такого сможет приступить к выступлениям? И сможет ли вообще? А что он умеет ещё, кроме как развлекать публику?
Нет, такой путь его не устраивал категорически.
- А ну выкладывай денежки, богач! – поступил хриплый приказ от одного из громил, самого уродливого и самого высокого. Очевидно, это и был глава банды.
- Я всё отдам, только не бейте меня! - Заныл Циркач, старательно играя роль испуганного, богатенького маменькиного сынка. Он стал дрожащими руками отцеплять от пояса кошель с деньгами, незаметно пятясь к окну. Потом он неловко развязал его и бросил по направлению к главному гоблину, кошель несколько раз провернулся в полёте и каждый раз из его развязанной горловины вылетали монетки. Пока все взгляды зачарованно провожали полёт каждой монетки, от вылета из горлышка кошеля до падения на пол, Циркач развернулся и ласточкой вылетел из окна. Приземлившись плавно и чётко на руки, он перекувырнулся через голову и уже мгновение спустя мчался по дорожке обратно к городу. У громил не было ни одного шанса догнать его, убегать и прятаться - целое искусство, но Циркач в совершенстве освоил его ещё во времена детства.
Уже потом, приходя в себя в комнатке постоялого двора и анализируя произошедшее, Циркач понял причину случившегося и порадовался собственной предусмотрительности. Он всегда чётко следовал пословице – не клади все яйца в одну корзину. И именно поэтому не все заработанные столь тяжёлым трудом деньги достались бандитам.
На девицу он не злился - у каждого свой способ зарабатывать деньги, уж кто-кто, а он мог понять многое – жизнь научила. Через какое-то время, уже выступая в другом городе, он смеялся вспоминая события того дня. Так ему и надо дураку, думать надо той головой, что венчает тело, а не… впрочем, это уже к делу не относится.

Человеческая проза:

ПРАВИЛЬНЫЙ ВЫБОР


Вадим сидел под навесом, когда через открытое окно раздалась трель телефонного звонка. Парень подскочил со стула и бросился в дом. Отворив дверь в прихожую, он протянул руку к висевшему на стене аппарату и снял трубку.
- Алло!
- Вадик, это ты?
- Да, Антонина Владимировна.
- Я даже представиться не успела: ты меня сразу узнал! Чем занимаешься?
- Абсолютно ничем.
- Ты бы не смог сейчас подойти ко мне?
- Могу.
- Тогда, я тебя жду!
- Пять минут!
Парень положил трубку на рычаг аппарата и вышел за дверь. Через минуту он уже шёл по весенней улице. Зелень, щебет птиц, аромат цветущих деревьев - здорово! Прошла неделя, как Вадим вернулся из армии. Нет больше подъёмов-отбоев, строгого старшины, круглосуточных нарядов и постоянной ностальгии по родным местам.
Свернув на соседнюю улицу, молодой человек толкнул калитку во двор крайнего дома. Протопав по дорожке мимо будки с недавно ощенившейся Жулькой, Вадим поднялся на открытую террасу.
Антонина Владимировна встречала гостя там. Она стояла, облокотившись на низкие перила, и смотрела в сторону двора. Лёгкий ветерок развевал полы её короткого сарафана, открывая взору парня соблазнительные бёдра.
Женщина работала тренером по аэробике и спортивным танцам. У неё была прекрасная фигура. Потому-то молодой человек и бросал жадные взгляды на возбуждающую позу соседки, её стройные ноги, идеальные ягодицы, длинные светлые волосы...
Если честно, Вадим и до армии украдкой заглядывался на Антонину Владимировну. Конечно, он ни на что не рассчитывал. Тем более, хорошо знал её супруга - Михаила. Тот работал механиком в райгазе и постоянно пропадал на выездах.
После прибытия Вадима из армии, Антонина Владимировна всё чаще появлялась в доме его родителей, приходя по пустяковым делам, либо просто так. Молодой парень не придавал этому особого значения, но каждому визиту красивой женщины был рад.
- Здравствуйте, Антонина Владимировна! - вежливо поздоровался гость.
- Привет-привет! - проворковала хозяйка и, оттолкнувшись от перил, томно потянулась. - Сколько раз я тебе говорила, не называй меня так официально. Просто по имени. И на ты. Я же ненамного старше тебя.
- На тринадцать лет, - не подумав, ляпнул парень.
- Врединка! - Женщина шутя коснулась указательным пальцем кончика носа Вадима. Потом, взявшись за полы сарафана, крутанулась перед гостем. - Как тебе мой наряд?
- Су-супер, - почему-то охрипшим голосом ответил молодой человек.
- Чаю, кофе?
- Спасибо, но я только недавно из-за стола.
- Ну, тогда прямо к делу? - Женщина приблизилась вплотную и положила свои ладони парню на плечи. - Пойдём?
- Ку... да?
- Ну, сначала в баню!
Антонина Владимировна спустилась по ступенькам террасы и направилась по дорожке в глубь двора. Растерянный Вадим молча последовал за ней. И снова он был вынужден созерцать красивую женщину. Каждый цокот её каблуков в голове парня отдавался гулким стуком, лишая возможности мыслить, и сгонял кровь куда-то в низ организма.
Открыв дверь в предбанник, хозяйка скомандовала:
- Бери вот это ведро и набирай в него воды. Половинки хватит, а я сейчас приду.
Молодой человек взял ведро и, поставив его у крана, открыл воду. Выполнив задание, Вадим, всё ещё находившийся в прострации, уселся на низкую скамейку. Через минуту появилась Антонина Владимировна. В каждой руке у неё было по новорождённому щенку Жульки. Сунув их в руки парню, женщина проговорила:
- Сейчас я выйду минут на пять, а ты их бросай в ведро. Пойду пока лопату принесу. Потом закопаешь у забора.
- Зачем?
- Ну не кидать же их в мусор.
- Топить зачем?
- А куда мне это девать? Псарню разводить? Я пошла за лопатой!
Хозяйка выскочила, захлопнув за собой дверь. Щенки в руках запищали, тыкаясь слепыми мордашками в пальцы. Возле своей будки протяжно заскулила Жулька. Вадим уставился на крохотные чёрные комочки. Все мысли вновь куда-то пропали и, казалось, даже время остановилось. Дверь отворилась.
- Ты ещё не управился? Давай быстрей, у нас с тобой есть дела и поприятнее!
- Нет.
- Что нет?
- Я не буду их топить.
- Почему?
- Не могу.
- Ну, Вадик! Ведь это так легко! Просто брось их в воду!
- Что же сама не бросаешь? - Вадим неожиданно для себя впервые перешёл на «ты».
- Я же женщина! Бросай говорю!
- Не буду!
- Вадик, я прошу тебя, сделай это! А я для тебя сделаю всё что хочешь! Хочешь, прямо здесь и сейчас? Только брось их в воду!
- Больше повторять не буду. Уйди с дороги!
- Ты... Ты - тряпка! Такая же тряпка , как и мой Мишка! Слабак! Ничтожество! Вали домой, молокосос! - Из голубых глаз хозяйки брызнули слёзы.
Вадим оттолкнул её плечом и вышел. Всё ещё держа в руках щенков, он двинулся к скулящей Жульке. Присев на корточки перед будкой, парень бережно положил в неё щенков. Жулька, вильнув хвостом, моментально проскочила к детёнышам и принялась их облизывать.
Сзади Вадима что-то громыхнуло. Он обернулся. Это Антонина Владимировна резко поставила ведро с водой. Её красивое лицо исказила гримаса ярости.
- У тебя есть ещё один шанс! - прохрипела она.
Вадим поднялся, схватил за дужку ведро и, сделав несколько шагов, зашвырнул посудину прямо в клумбу с розами - гордость хозяйки.
- У-убирайся! - Антонина зарыдала в голос.
Молодой человек молча проследовал мимо женщины к калитке. Он шёл по улице, вновь радуясь весне, птичьему щебету, тёплому солнышку. И, не смотря на произошедший инцидент, настроение у парня было просто отличное!
Со временем, щенки благополучно подросли, и нашлись добрые люди, которые их забрали. А Антонина Владимировна больше никогда не приходила и не звонила.

Тоже про любовь и воду.

(МДР) Место для рекламы

Везучие
Парочка балдела в сбывшейся мечте – яркое солнце в бескрайнем небе, не ограниченном, лишь элегантно очерченным, бескрайним морем. Белоснежный парус слегка портили какие-то латинские буквы и цифры (мдр). Тоже, наверное, латинские, потому что непонятные и противные, как рожи папуасов, или как их там, туземцев короче. Их хари в свою очередь портили впечатление от яхты (мдр), но без них было бы хуже. Во-первых, всё-таки экзотика, а она включена и оплачена. Во-вторых, яхта хоть и маленькая, но вёсел у неё нету, а по-другому молодые люди передвигаться на воде могли только по-собачьи. В-третьих, они же на рыбалке! За штуку баксов! Вау! Круто! Обосраться! Но вот брать в руки сырую рыбу – бр-р-р! Или червяков – фу! Хотя, наверное, кажется, акул ловят не на червяков? Беленькая Света наморщила чистый лобик. Славик тут же полез целоваться, пресекая попытку задать умный вопрос. С поцелуями у Светы всё было намного лучше, чем с вопросами - губы девушкам даны, чтоб дарить и получать радость. Через секунду она забыла червяков, ещё через секунду она счастливо вздохнула морской воздух полной грудью под купальником (мдр) – умудрилась подхватить насморк в тропиках. Аллергия, наверное, но (мдр) забыт в бунгало, на пляже (мдр). Досадно, но к счастью аборигены заорали, отвлекли, наверное, клюёт у них. Один, раскорячившись, принялся бешено крутить какую-то ручку, второй просто вопил и махал руками, что-то сигналил аборигену за рулём или как его там. Он как нормальный, только морской… Света снова нахмурилась, но Славик, зараза, уставился за борт. Ой! Рыбку поймали! Большущую! За штуку баксов! Вау! Круто! Обосраться!
Акулу подняли на палубу, где вялая в висячем положении рыба как с ума сошла, принялась изгибаться, дёргаться, биться об доски, даже головой – просто ужас! Туземец несколько раз её больно уколол палкой с острой железкой на конце, и рыбка успокоилась. Другой что-то сказал Славику, тот кивнул и пояснил Свете:
-Тигровая акула, Светик, нам повезло. Смотри, какая у неё пасть! Прелесть!
Света скривила прелестные губки. Вот уж не думала, что это – для него тоже прелесть.
-Сейчас ей вскроют брюхо…
-Мы будем это кушать?!!!
-Нет, конечно…
-Её сожрут папуасы?! Нашу рыбку за штуку баксов?! Бедняжка!
-Она дохлая, ей не будет больно. Акулы жрут всё без разбору, просто посмотрим, что она ела.
-Или кого?
-Ну, это можно будет сказать только по ластам.
-Акульим?
-Резиновым, блин.
-А! У кого съели ласты! У тюленя, да? А у тюленей резиновые?
-Гм, только у котиков, американских (хотя тоже мдр, давненько не было).
-У (мдр) котиков резиновые ласты?! Ты считаешь меня дурой, Славик, противный! Даже у нас поливинилтетраэтатипафутынутые(мдр) ласты от (мдр)! А у (мдр) котиков при их безумных тратах на шакалов империализма (или заботе о возрождённой армии, в которой так почётно служить, короче, тоже мдр)!
Славик, открыв рот, уставился на своё чудо. Света тоже.
-Смотри – что это?!!!
Прямо под её прелестные загорелые ножки из акульей требухи выпала плоская коробочка. Славик брезгливо поднял это двумя пальцами. Туземец услужливо направил струю из шланга, которой омывал потроха, ему на руки, окатив заодно и обоих туристов, неумеха косорукая! Но молодые люди не возмутились хамством.
-Телефончик! – пролепетала Света. – Розовый!
-Вау! Круто! Обосраться! – отреагировал Славик.
-Славка, он розовый! Как мой! Вот смотри… Ой! Я свой забыла в бунгало на пляже (мдр)! А он работает?
-Вряд ли.
-Но, он же как мой, тоже фирмы (мдр), а не как у всяких! Засунь в него свою батарейку, давай попробуем.
Славик озадаченно вертел коробочку в руках, явно собираясь запустить её в волны. Но милый идиотизм предложения прекрасной подружки захватил и его. Он достал мобилу из кармана шорт и протянул Свете.
-На, попробуй сама, я не умею, только не сломай.
Света сноровисто расковыряла оба устройства, даже ноготь не сломала.
-Ухты! Работает! Ну, это же телефон фирмы (мдр)! Смотри-ка! У неё пять пропущенных вызовов!
-Почему у неё?
-Но телефон-то розовый! И вызовы от какого-то папика. Вот, видишь? Папа… - Света потыкала пальчиком в экран.
-Света! Стыдно быть такой (мд социальной р, не толерантной гомофобкой, например)!
-А что?! Может мне это жалко прям до слёз. Надо позвонить папе этой, этого…
-Не надо, Света, - Славик стал серьёзен.
-Ну как ты не понимаешь! Папа пять раз звонил, беспокоится же!
-Пошли лучше сообщение: «Папа, не волнуйся, меня сожрала акула».
-Стыдно так шутить, даже если он тоже, как его сынок!
-А если дочка – не стыдно?
-Тем более стыдно быть дочкой у такого папика! Я ему позвоню и всё выскажу! Алё! Ну, отвечай, казлина старая!
В трубке погудело, захрипело, наконец донёсся знакомый до боли голос:
-На…, наконец, … этакая, об отце вспомнила! Деньги кончились, наркоман твой сбежал, или и то и другое?
-Па-па-па… - Света попыталась что-то сказать прелестной попкой сидя на палубе (место для запятой на ваш вкус). Они присели, как-то даже не заметив.
-Ты что, обдолбалась там, мерзавка?! – кипятился абонент.
Славик решительно взял трубку задать пару наводящих вопросов для прояснения ситуации.
-Поросякин Геннадий Пафнутиевич?
-А кто ж ещё, рожа наркоманская!
-Не хами офицеру при исполнении, козёл!
-Что-что?
-Чмо-чмо, вафля, интерпола для!
-Ой! А где Света?
-Вот и я спрашиваю, где твоя дочь, твою мать?!
-Не знаю, офицер, честно, и мать её не знает…
-Какая мать, козёл?!
-Я не договорил, простите. Так её мать, никто не знает, куда она девалась! Но я вам скажу, всё равно вся Перепердяевка (название вымышленное, в принципе - место для рекламы) толкует – она со своим наркоманом за дурью подалась, не иначе. Денег у перепердяевцев назамала – страсть, у меня тока пятьсот!
-Долларов? – заинтересовался Славик.
-Нет, юаней, блин! У меня заначка была, так нету там больше. Еёшнего ирода взяли уже? Судить-сидеть на родину ведь повезут, правда? Так я по дочке соскучился, офицер…
Славик нажал отбой.
-Ты папе номер для связи оставляла? – строго спросил Славик.
-Ну да! Ты ж мне телефончик дал временный, помнишь? Папа ещё звонил на него, проверял зараза!
-Где он?!
-Ну, эта… потерялся, типа…
-Загнала?
-Ага. Ну и что, на полдозы всего-то, фигня был телефончик!
-Вот это тебе - фигня?! – Славик ткнул ей в личико розовую коробочку. - Кому рассказать – в психушку сдадут!
Туземцы беспардонно разглядывали скандалящих туристов. Один из них что-то проговорил по-английски умному Славе.
-Светик, представляешь, нас снова приглашают на рыбалку! Бесплатно! Они говорят, что с таким везением мы понравились их каким-то богам. Или понравимся, не разобрал, - широко улыбался Слава… накануне… акул действительно ловят не на червяков.

… и тогда разъяренный поражением на Куликовом поле великий хан Тохтамыш собрал свое несметное войско и сказал:
-Идем на Москву. Отомстим за честь нашу поруганную. А заодно и дела финансовые поправим.
И были с ним все согласны.
…уже вскрылись реки, трава в полях щекотала низеньким татарским лошадям животы, когда вышла Орда к Москве.
И замер в растерянности великий хан: оказалась Москва опоясанной огромным кольцом, на котором в несколько рядов плотным потоком стояли разноцветные повозки – одни налево, другие направо. И нехорошие лица – хмурые, раздраженные – выглядывали из этих повозок. И летели над скоплением этим слова, которые любили говорить русские богатыри в азарте сечи.
Послал великий хан конную разведку вперед, но не успели всадники подойти на расстояние полета стрелы, как навстречу им из огромных многоколесных повозок стали вылезать молчаливые грязные люди с монтировками в руках. А из дальних рядов на помощь им уже спешили богатыри с бритыми головами, в кожаных куртках, блестя в лучах закатного солнца золотыми цепями. И крутили они над головами деревянные дубинки, исписанные заморскими словами.
А потом каким-то чудом сквозь плотный строй прорвалась повозка, на крыше которой ярко сияли то рубины, то сапфиры. И раздался из этой повозки голос громкий, жуткий и бесстрашный:
-А регистрация у вас есть?
Дрогнула Орда, попятилась.
А на помощь вставшим вдоль дороги богатырям уже шли смуглые водители такси и маршруток, кричавшие обидные слова на чистом русском:
-Слюшай, эй! Наша Москва не рэзинавый!
И понял Тохтамыш, что не увидит он в этот раз горящего Кремля, не разобьет шатер на реке у парка имени Горького, не погонят его верные нукеры в Сары-Берке толпы рыдающих пленников…
И заплакал тогда великий хан, и приказал поворачивать войско.
…и ушла прочь Орда, растворилась в сумерках, словно и не было ее вовсе.
Лишь несколько сотен самых отчаянных воинов под покровом ночи прокрались в Москву.
…теперь они работают дворниками и ничуть не жалеют о прежней жизни…