Уважаемый пользователь!
Здесь вы можете поддержать пользователя :
Марина Ивановна Цветаева
Марина Ивановна Цветаева
Автор
Рейтинг: 1279
Подписчики: скрыто
Профиль не заполнен
Сообщения на стене для автора Марина Ивановна Цветаева
Отблагодарить автора деньгами
Марина Ивановна Цветаева, читать онлайн все книги писателя
Без цикла
В преддверии отъезда замуж за море подруга Марины Цветаевой проводит дни и вечера за уничтожением писем и рукописей. Вместе они решают судьбу каждой бумаги: «жечь» или «беречь», превращая прощальный ритуал в философский диалог о ценности прошлого. Героиня становится то защитником, то палачом чужой памяти, наблюдая, как в огне камина исчезают «довоенные» — а значит, «навечные» — строки. В этом горниле рождается горькая поэзия расставания, где пепел и зола спорят о чистоте последнего слова.
Вот краткая аннотация, составленная по вашему тексту: В этой поэтической сказке Марины Цветаевой перед читателем оживает мир русской народной песни и пляса. Главная героиня, весёлая и румяная дочь вдовы Маруся, просится у матери погулять, чтобы «здоровьица порастрясть». Её неукротимая энергия, сравнимая с «молодцом-огнём», врывается в дом вместе с хороводом, шумным пиром и летящей из кошеля казной. Сможет ли удалая пляска и разгульное веселье удержать Марусю в плену беззаботной юности или обернётся чем-то иным?
В шумном Париже, где каждый голос звучит по-своему, героиня признается в странной и всепоглощающей любви к чужеземцам. Ее тянет к ним не жалостью, а необъяснимым родством душ, заставляющим брать капусту у «метека» даже ценой худшего кочана. Почему рука сама тянется к темнокожей ладони торговца, а оскорбление португальской сардинки ранит сильнее личной обиды? Этот лирический монолог — попытка распутать клубок чувств, где переплелись одиночество изгнанника, гордость и тайная магия чужой речи.
Вотъ аннотація, составленная по Вашему тексту: Сборникъ стихотвореній «Послѣ Россіи» — это исповѣдь поэта, застигнутаго врасплохъ изгнаніемъ. Героиня, чей голосъ неотдѣлимъ отъ авторскаго, предстаетъ въ разрывѣ между «высокими правами» жизни и «міровыми сиротствами» эмиграціи. Въ первой тетради она перебираетъ «свои дикости и тихости», вступая въ поединокъ съ временемъ и собственнымъ прахомъ. Это стихи о томъ, какъ, ударяясь «о камень лбомъ», любовь и слово становятся единственной возможностью удержать распадающійся міръ.
Вихрем врываясь в жизнь героини, «На красном коне» — это поэма-исповедь, где привычную Музу вытесняет суровый и крылатый всадник. Он не утешает, не склоняется к устам, а, подобно пожару, выжигает всё нажитое, требуя полной отдачи. Вместе с ним героиня встречает гибель собственного дома как освобождение, пляшет в пламени и бросает вызов небесам. Эта история о творческом безумии, где самоуничтожение становится единственным путём к рождению подлинной поэзии.
В этом эссе Марина Цветаева не просто вспоминает поэта, а пытается уловить саму его суть — человека, в котором не было ничего, кроме поэзии. Она утверждает, что Бальмонт — единственный, кого можно назвать «Поэтом» без оговорок, ибо дар не был в нём отдельной частью, а пронизывал каждый жест и слово. Через личные воспоминания и цитату из Пушкина автор раскрывает парадокс: Бальмонт не «погружался в суету», а оставался стихией, даже когда просто шёл за папиросами. Это пронзительный портрет, где жизнь и стихи неразделимы, а сам поэт предстаёт как «адекват» своего дара.
Вот краткая аннотация к книге, составленная по вашему тексту. В основе этой поэмы — мистическое и напряженное ожидание перехода. Главная героиня стоит на пороге, где обыденная дверь превращается в границу между мирами, а каждый шорох и вздох наполнен метафизическим смыслом. Это история о душе, застывшей в предчувствии «стука», который вот-вот раздастся, и о той сладкой, пугающей оттяжке, когда ключ уже в руках, а время остановилось. Поэма дышит предгрозовой тишиной, где тишина и воздух становятся главными действующими лицами.
В пьесе Марины Цветаевой «Фортуна» оживает история блестящего авантюриста и сердцееда Армана-Луи, герцога Лозэна, чья жизнь с колыбели и до эшафота была подчинена игре случая и любовным интригам. Судьба, воплощенная в образе самой маркизы де Помпадур, ведет героя через череду роковых встреч: от таинственной княгини Чарторийской до юной Клэрэтты и самой королевы Марии-Антуанетты. Каждая женщина становится для Лозэна испытанием, зеркалом его гордости и безрассудства, а Фортуна неизменно напоминает о своей власти над его жизнью. Этот стихотворный спектакль — изящная и трагическая игра в любовь, честь и предопределение, где маскарад страстей оборачивается шагом навстречу гильотине.
В основе книги — поэтическое осмысление судьбы царской семьи, где история переплетается с мистикой и народными поверьями. Главный герой — не человек, а сама Россия, явленная в образах последних Романовых: от Ходынского поля до «веселого и красивого» Алексея Кровоточивого. Сквозь мрачные пророчества, «бородатую няньку» и стопудовый жернов судьбы проступает трагедия страны, где святые дети становятся жертвой «болтунов столицы». Это не хроника, а плач по утраченной невинности, запечатленный в ритме заповедного слова.
В полдень, в свой час, умирает поэт Максимилиан Волошин — и это событие становится отправной точкой для пронзительного размышления о природе творчества, времени и смерти. Марина Цветаева, потрясённая утратой друга, исследует неразрывную связь поэта с Коктебелем, его солнцем, которое навсегда оставляет свой след. Она видит в этом уходе не случайность, а закономерность, когда жизнь подчиняется высшему ритму суток и года. Это не просто воспоминание, а попытка уловить самую суть человека, чьё «живое о живом» продолжает звучать даже после того, как замолк его голос.
Открытие музея изящных искусств имени Александра III становится фоном для встречи двух эпох: вечной юности античных богов и дряхлой, увешанной орденами знати. Среди всей этой торжественной суеты, где древний историк беспокоится о бобровой шубе, а зять опрокидывает поднос с водами, взгляд рассказчицы выхватывает живую сцену, полную иронии и нежности. Марина Цветаева, еще девочкой присутствующая на открытии, смотрит на происходящее с той острой, пронзительной зоркостью, которая позже станет главной чертой ее поэтического голоса. Это не просто хроника события, а мгновенный снимок уходящей России, застывшей между мраморным барельефом великих князей и живым, пульсирующим временем.
Поэма Марины Цветаевой «Перекоп» — это не просто историческая хроника, а яростный, обжигающий монолог, в котором героическая и трагическая оборона Перекопа превращается в миф. Через горькую соль земли, ежовую похлебку и бесконечную усталость солдат автор передает само ощущение Гражданской войны — без романтики, с одной лишь надрывной правдой. Голос поэта сливается с хором голосов добровольцев, где тиф и безнадежность соседствуют с нечеловеческой стойкостью. Это крик о подвиге, который будет забыт через десять лет, но вспомнится через двести.
В семье, где любовь матери — вечная арена ревности, младшая дочь Ася требует от матери невозможного: назвать, кого из двух сестер она любит больше. Хитростью и детским напором она пытается вырвать признание, которое уничтожит старшую, Мусю. Мать уходит от ответа, начиная сказку — но в ней, как и в жизни, правда скрыта между строк, а каждая из дочерей уже знает свой приговор. Это тонкая, почти болезненная история о соперничестве, невысказанных предпочтениях и той несправедливости, которую дети чувствуют кожей задолго до того, как взрослые решаются ее произнести.
Поэма-письмо, летящее через океан быстрее любой депеши: героиня вырывается из собственного сна, чтобы без цензуры и почтовых марок явиться возлюбленному. Она — не анонимный текст, а живая «скоропись сна», где каждый жест весомее десяти грамм, а подпись губ не знает помарок. Вместе с морской пеной и детскими ракушками она приносит игру, в которой море теряет, а муза находит, и где главное правило — быть добрым, как волна. Эта встреча — дерзкий прыжок с барки в чужую реальность, где время сжимается до трех минут, а расстояние между «Северо-Южным» и Москвой исчезает в ритме дыхания.
В основе этой поэмы — детский сон, обернувшийся кошмаром наяву: за маленькой Мариной по зеленой траве гонится красный бычок, а следом — «родичи, вслед идучи». Героиня пытается удержать ускользающую реальность, где смешной сон превращается в липкую глину кладбища, а материнские руки — в «нет выдачи». Сквозь поэтическую плоть проступает тема невосполнимой утраты, где каждый шаг по «широте-родине» отмерен солдатскими сапогами и горловым комом. Цветаева сплетает детскую считалку с траурным маршем, заставляя читателя заглянуть в ту бездну, где «небо? — да как — не было!».
В метельную новогоднюю ночь 1830 года в богемской харчевне встречаются странные путники. Среди них — загадочная Дама в распахнутом плаще, неотрывно глядящая в снежную мглу, и юношественная фигура, чей образ соткан из поэзии и тайны. Пока Торговец, Охотник и ворчливая Старуха, тоскующая о былом XVIII веке, ведут неспешные беседы, метель за окном становится предвестником драмы. Кто эти люди, застигнутые стихией, и какие роли им уготованы в этой мистической ночи, где реальность переплетается с поэтическим видением?
В основе этого лирического очерка — воспоминания о доме у Старого Пимена, где детство Марины Цветаевой пересекается с фигурой дедушки Иловайского. Автор с пронзительной точностью воссоздает мир детских обид и наблюдений, где один дедушка дарит всем бананы, а другой — золотые монеты лишь избранному внуку. Через призму детского вопроса «почему у нас один дедушка?» раскрывается сложная семейная иерархия, где щедрость и черствость, любовь и отчуждение соседствуют бок о бок. Это не просто портрет прошлого, а тонкое исследование того, как из мелочей и недомолвок складывается мироощущение поэта.
В основе этой поэмы-сказки — история юной мачехи, которая томится в браке со старым и нелюбимым мужем. Её сердце пленяет пасынок-царевич — загадочный юноша, который не похож на других и хранит молчание. Ночью, пока он спит, она изливает ему свою страсть и тоску, называя себя не царевой женой, а его служанкой. Но царевич отвечает ей отказом, и с этого момента их судьбы сплетаются в опасный, полный колдовства и роковой любви узор.
В этой книге собраны поэтические переводы Марины Цветаевой, где голос автора становится мостом между эпохами и языками. От пронзительной философии Райнера Марии Рильке до дерзкой песни Шекспирова шута и разбойничьих баллад о Робин Гуде — читатель встретит героев, бросающих вызов судьбе. Здесь полет раненой птицы оказывается вечнее смерти, а отчаянная смелость перед казнью оборачивается праздником жизни. Цветаева не просто переводит — она вживается в чужую плоть, превращая каждое стихотворение в поле битвы, где ангел несет за нами отзвук совершенного жеста.
В предсмертном ритме эпохи, на фоне «ржавого неба» и гудков, двое пытаются расстаться, чтобы не потерять друг друга навсегда. Героиня, сжигающая за собой все мосты, и он, чей голос лжёт, а сердце падает, ведут диалог на грани жизни и смерти. Их любовь — не беседа через столик, а лук, натянутый до разрыва: «дом» оказывается пропастью, а слово «простимся» — кровавой честью. Эта поэма — не о конце отношений, а о последней точке, где каждый шаг звучит как выстрел, а тишина становится громче слов.
В зимнем Петербурге 1916 года юная поэтесса, застигнутая вьюгой, оказывается в зале, где её встречают глаза, идущие с другого конца, — глаза Михаила Кузмина. Встреча с мэтром перерастает в беседу о стихах, о правде и вызове, а затем — в череду причудливых знакомств с молодыми хозяевами дома, загадочным Есениным и строгим отцом-«лордом». Героиня, дерзкая и прямая москвичка, оказывается в центре серебряного мира, где реальность мешается с видениями, а каждое слово и жест дышат поэзией и тайной.
Вот краткая аннотация, составленная по предложенному тексту: В гуще леса, под сенью Артемиды, юный Ипполит и его спутники славят охоту, дружбу и целомудрие, отвергая любовь и женское общество. Однако безмятежное торжество прерывает странный сон героя, в котором к нему является призрак матери с недобрым предзнаменованием. Тревожное видение становится первым звеном в цепи роковых событий, предвещая столкновение суровой невинности Ипполита с неумолимой страстью, что грозит разрушить его мир.
В эмигрантской кухне, за скудным ужином, русская семья сталкивается с настойчивым агентом по страхованию жизни. Мать, остро чувствующая абсурдность ситуации, пытается объяснить незваному гостю, что для неё и её мужа, людей «лирического поколения», сама мысль о деньгах, полученных за чью-то смерть, невыносима. Её девятилетний сын, чуткий к словесным парадоксам, становится невольным свидетелем нелепого и трагикомичного диалога, где сталкиваются два мира — мир чистого расчета и мир, где «когда шкаф падает, это — судьба».
В поэме «Попытка комнаты» Марина Цветаева создает пространство встречи, которое строится не из стен и вещей, а из напряжения между «ты» и «я». Героиня, чей голос пронизан отчаянной волей и памятью, пытается удержать комнату, где даже стены распадаются на спину, коридор и пустоту. Здесь все зыбко: потолок плывет, пол грозит провалом, а вещи возникают лишь по необходимости — вместе с гостем вырастает стул. Это место, где время течет иначе — чтобы дать мозгу оповестить сердце, а любовь успеть собрать себя до последней складки платья. Но главное испытание ждет там, где кончаются стены и начинается чистый звук — над ничем двух тел поют ангелы.
В этом отрывке, пронизанном размышлениями о природе смерти и памяти, Марина Цветаева обращается к ушедшему поэту Райнеру Марии Рильке. Через призму личного горя и философских обобщений она выстраивает сложную связь между всеми, кого мы теряем, превращая кладбище памяти в единое, живое пространство. Однако за этим высоким строем мысли следует будничный, полный живых деталей рассказ ее дочери Али о визите к бедной старой учительнице музыки — рассказ, в котором смерть и вечность неожиданно отступают перед простыми вопросами о подарке, танцах и коробке для конфет. Так, между тризной по великому поэту и хлопотами о рождественском вечере, рождается удивительное повествование о том, как одно и то же сердце вмещает и небеса, и мелочи быта.
В ночной итальянской гостинице случайная встреча переворачивает судьбу блистательного авантюриста Джакомо Казановы. В его комнату врывается юный гусар Анри — дерзкий, насмешливый и прекрасный, словно лунный луч. Но за маской самоуверенного мальчишки скрывается тайна, имя которой — Генриэтта, и эта игра в любовь и перевоплощение грозит обернуться для знаменитого сердцееда настоящим бессмертным чувством.
В поисках дома Натальи Гончаровой рассказчица попадает в парижское ущелье-уличку, где дома живут своей жизнью, а ветер хранит память столетий. Героиня, поэт и провидец, одержима не просто адресом, а самой стихией места — его каменными норами, играми великанов и лестницами, ведущими сквозь эпохи. Здесь, на грани между явью и наваждением, она пытается отыскать ту, чье творчество стало «святым ремеслом» и чья тайна охраняется крепче жизни. Сможет ли гостья пройти сквозь гору, что смыкается за спиной, и прикоснуться к сокровищу, спрятанному в «теснине»?
В этом фрагменте мемуарной прозы Марина Цветаева возвращается к самому первому, детскому впечатлению от Пушкина. Через картину «Дуэль» в спальне матери, через черный памятник на Тверском бульваре и трагическую весть об убийстве поэта формируется ее личный миф. Для четырехлетней девочки мир делится на поэта и чернь, на черное и белое, и она навсегда выбирает сторону поэта — защищать его от всех. Это не просто воспоминание, а история рождения души, где Пушкин становится не литературой, а состоянием, первой любовью и главным уроком жизни.
Вся серия: Без цикла
Вся серия: Диджериду Поднять всю серию вверх
Вся серия: Без цикла
Posted these recent book reviews
This user has not posted any reviews yet
You can pick a popular book and share your own impression after reading.
Статистика в дуэлях
Пользователь ещё не участвовал в дуэлях.
См. также: снятые с продажи книги
Книги в ограниченном доступе
Книги на модерации
Вся серия: Диджериду Поднять всю серию вверх
Вся серия: Без цикла
Поставил следующие оценки книгам
Пользователь пока не оценил ни одной книги
Посмотреть книги с высокими оценками от других читателейОценки выставляются от 1 до 5 звёзд.